Уже в шестой раз в Крыму, на мысе Казантип, в последнюю неделю августа прошёл один из крупнейших литературных форумов на пространстве СНГ – фестиваль литературы и культуры «Славянские традиции – 2014».
Этот литературный форум в г. Щёлкино на базе ДК «Арабат», музеев А.С. Грина, М. и А. Цве¬таевых в Феодосии, дома-музея А.С. Грина, музея К.Г. Паустовского, литературно-художественного музея в г. Старый Крым, музея им. А.М. Волошина в пос. Коктебель организован Европейским конгрессом литераторов, Союзом писателей России и другими писательскими сообществами. Главным информационным спонсором фестиваля с момента его создания является «Литературная газета».
В этом году в конкурсе приняли участие 136 авторов из 13 стран: России, Украины, Белоруссии, США, Дании, Израиля, Черногории, Сербии, Великобритании, Молдовы, Чехии, Бельгии и Финляндии. На конкурс поступило более 1000 произведений, которые в течение трёх месяцев оценивало компетентное жюри под председательством главного редактора «ЛГ» Ю. Полякова из 23 известных российских, украинских и белорусских писателей, редакторов, издателей и преподавателей Литературного института им. А.М. Горького.
В финальную часть конкурса вышли 76 авторов из 12 стран: России, Украины, Белоруссии, США, Дании, Израиля, Черногории, Великобритании, Молдовы, Финляндии, Чехии и Бельгии. По всем шести номинациям конкурса: «Поэзия, свободная тематика», «Стихотворение о любви», «Юмористическая поэзия», «Литературный перевод», «Малая проза», «Драматургия» в течение недели шла нешуточная борьба финалистов за первенство.
Программа фестиваля включала в себя поэтические вечера членов жюри и победителей фестивалей прошлых лет, музыкальные вечера поющих поэтов, выставки книг, поездки по литературным местам Крыма и встречи с читателями Крыма.
За пять лет здесь побывали такие известные писатели, как Владимир Костров, Евгений Рейн, Юрий Поляков, Наталья Гранцева, Александр Ковалёв и многие другие, а количество участников фестиваля превысило тысячу человек.
В этом году в Щёлкино приехали 85 писателей-финалистов из Николаевска-на-Амуре и Братска, из Херсона и Днеп¬ропетровска, из Луганской области и Москвы, из Санкт-Петербурга и Харькова, из Самары и Рязани, Калининграда и Минска, Гомеля и Симферополя, Лондона, Одессы и многих других городов России, Белоруссии и Украины, Великобритании и Чехии. На форуме были представлены новинки: книги и альманахи участников фестиваля: «Три минуты» В.А. Салеева из Минска, «Антологии закрытых городов» из Сарова, альманах «ЛитЭра» № 8 из Москвы, «Альманах «Зорянка» из Рязани, журналы «Берега» и «Балтика» из Калининграда, «Нева» из Санкт-Петербурга, материалы литературной студии «Писатель в интернет-пространстве» из Киева. Состоялись творческие вечера членов жюри и победителей фестивалей прошлых лет.
В выступлениях многих авторов звучали обеспокоенность политической обстановкой в мире и вера в дружбу между всеми славянскими народами. В последний день фестиваля были объявлены победители по всем номинациям. По драматургии 1-е место досталось Александру Пономарёву из Липецка, второе – Ирине Лучиной из Лондона, третье – Вячеславу Фрекину из Харькова. По литературному переводу 1-е место занял Владимир Петрушенко из Луганской области. Владимир также занял третье место в номинации «Проза».
Переводы Владимира Петрушенко
Номинация «Литературный перевод»
Грыгор Барадулин
Кім стану я пасьля,
Ці палыном, ці клёнам?
Каб што!
Мяне зямля
Зямным шчадрыла плёнам:
Дарогай аржаной,
Хмурынкай ільняною,
Сьцяжынаю кружной
Да наспы пад сасною.
Ня жыць як набяжыць,
Каб дзень за дзень – і годзе.
Міг верай знабажыць.
Мой дзень – маё стагоддзе.
Кім стану я пасьля?
Каб што!
Якое слова
Зь нябытнага быльля
Мяне ўрачэ нанова?
Што скажуць пра мяне?
А ці ўспамін сурова
Увагай праміне?
За ім
Сьвятое слова!
Перевод
Кем стану я потом:
березой или кленом?
Кем стану я потом:
улыбкой или стоном?
Дорогою ржаной
иль облаком пугливым,
бурливою рекой
или листвой ранимой?
Не жить как набежит,
что в календарь смотреть мне.
Мгновенье, удержи
мой день, мое столетье!
Кем стану я потом
в небытии, в пространстве?
Кем стану я потом:
бедою, горем, счастьем?
Что скажут обо мне,
каким вспомянут словом,
чтоб где-то на земле
я б смог родиться снова.
* * *
2 Отец
Грыгор Барадулин
Не выйшаў ты і ў гэты раз
Мяне спаткаць, паднесці рэчы...
Ля весніц, толькі зноў твой вяз
Крануў галінкамі за плечы.
Ты мне не падасі рукі,
Глядзіш удаль з-пад шкла партрэта.
Ці бачыш, вырас сын які?
Скажы хоць слова для прывета.
А я... чакаў з усіх дарог
Цябе ў сорак чацвёртым... летам
Калоны ні адной не мог
Я прапусціць з ахапкам кветак.
Хацелася пачуць: "Сынок..."
Ускрыкнуць радаснае: "Тата!"
Бацькоўскім быў мне кожны крок…
Усё ішлі, ішлі салдаты...
Каторы раз сыходзіў снег...
Дамоў вярнуліся суседзі.
Я кожнаму насустрач бег
І чуў кароткае: "Прыедзе..."
Калі ў крыўдзе мне сябры
Гразіліся бацькамі,
Тады хацелася наўзрыд
Заплакаць шчырымі слязамі.
Не плакаў я - усім на злосць.
Бо ў хаце быў адзін - мужчына.
Не йшоў ты...
Маці маладосць
Глыбей заворвалі маршчыны.
І зараз еду я здалёк,
Чакаю ўсё - зайду, а маці
Мне кажа: "Пазнаеш, сынок?
Вось наша ўся сямейка ў хаце..."
Паверыць цяжка мне таму,
Што больш не прыйдзеш ты дадому.
А шапку я заўжды здыму
Перад магілай невядомай.
Перевод
Не встретил ты и в этот раз,
Когда я вновь домой вернулся.
Не ты рукой, а веткой вяз
К моей ладони прикоснулся.
- Окликни, па!... Из-под стекла
Взглянул лишь на меня с портрета.
Как будто бы слеза стекла,
А может, просто - отблеск света.
Не верил в похоронку я
И поезда встречал с цветами.
- Приедет! – я твердил друзьям, -
Приедет, – говорил и маме…
Все ждал я окрика – «сынок!»
Хранил в себе и свой крик – «папа!»
За встречу все отдать бы мог…
Чужие мимо шли солдаты.
И таял снег, и падал снег
И вновь сады цвели весною.
Кто выжил, те вернулись все…
А мы не встретились с тобою.
Грозили в драках мне друзья
Отцами сильными своими.
И лишь молчал угрюмо я,
Хоть слезы мучили, давили
Не плакал. Только в горле ком.
Ведь дома я один мужчина.
За мать в ответе я притом,
За каждую ее морщинку.
В твой день рожденья, точно в срок,
Приеду (сам давно папаша).
Но скажет мать: «Присядь, сынок,
Ты помнишь, вот скамейка наша…
Где ты лежишь, где пал в бою?
Отец, узнать мне это надо…
У вечного огня стою,
У неизвестного солдата.
* * *
3 Уж отцвели мои сады
АНТОН КЕЛЬМУЦ
І адшумеў ужо мой сад,
Ды й кліча йзноў мяне радзіма,
І веска з жменею тых хат,
Ля плота ў чырвані рабіна...
І поле, дзе ты маладым,
Калісьці з дзедам статак пасціў,
І лес - той ціхі і сівы,
Што прад зімою лісце страціў...
Дзяўчына тая, што кахаў,
Аднак не скрочыш ты з дарогі:
Цяпер ўжо іншы час настаў,
Насталі новыя трывогі.
Цябе чакае плот стары,
Сагнуўшыся, бы пьяны ў пекле,
За вёскай "нашыя" кусты,
Што год ці два ўжо як ссеклі...
Усё тут хочацца абняць,
Што помнішь ты, і дзе вы жылі,
Той край, дзе год, а можа пяць,
Твае гады адгаманiлi
Перевод
Уж отцвели мои сады,
Но родина ждет и доныне:
Забытый хутор в три избы,
В закатном отблеске рябины.
Иду знакомою тропой,
Здесь в поле с дедом пас я стадо.
А рядом, мудрый и седой, -
Лес, сбросивший к ногам наряды.
Я слышу смех, знакомый смех,
И снова вижу ее очи.
А что ее здесь больше нет -
Мой разум принимать не хочет.
Забор разобранный, пустырь…
Игрушки ждут под слоем пыли
И как мираж – шумят кусты,
Что пару лет уж как срубили.
Обнять бы все и утонуть
Под песню мамину в постели.
Но в горле ком, и давит грудь,
И в пустоту метут метели.
